Рассказ о памятнике человеческой глупости

Сохранившийся фрагмент немецко-немецкой границы

Западная и восточная (теперь принято добавлять - бывшие) части Германии заметно отличаются друг от друга. Запад занятой, деловой, тут много людей, все стоит дороже, но есть рабочие места. Жизнь на востоке более спокойная, размеренная, неторопливая. Здесь выше средний возраст людей, в городах много относительно дешевого жилья. Зато работы очень мало, а найти ее – трудновыполнимая задача.

Сейчас обе Германии – единое государство, но так было не всегда. Стена, разделявшая оба государства, рухнула всего лишь шестнадцать лет назад. Что же представляла собой эта знаменитая стена?

Шлагбаум на контрольно-пропускном пункте

Берлинская, которую все видели по телевизору, лишь жалкое подобие – и малая часть – собственно стены. Великая немецкая стена протянулась на полторы с хвостиком тысячи километров по всей границе между ГДР и ФРГ. Она и в самом деле была почти непреодолима. Представьте себе: трехметровой высоты стальная решетка под слабым напряжением, три ряда колючей проволоки над ней, сетка защищена прыгающими противопехотными минами, на расстоянии пяти километров до собственно заграждений нет ничего, кроме дороги, по которой регулярно ездят патрули – все деревья вырублены, ямы зарыты. Там, где в пятикилометровую зону попадали деревни, их окружали глухой стеной, жителей многократно проверяли на благонадежность и постоянно держали под наблюдением, а чтобы попасть домой был необходим пропуск. Но даже если беглецы преодолевали контрольно-следовую полосу, простреливаемую зону и перебирались-таки через забор, их ждал сюрприз – на самом деле они находились еще в ГДР, стена сама по себе границей не была. Солдатам было разрешено открывать огонь на поражение – официально это всегда отрицалось. Солдат для охраны набирали из самых благонадежных, никто не охранял стену возле своих родных мест. Солдаты в патруле всегда чередовались во избежание сговора и совместного побега. Зона охранялась настоящей боевой техникой – не только стрелковое оружие, но бронетранспортеры, боевые вертолеты... Стена постоянно, вплоть до крушения ГДР, обновлялась и модернизировалась – причем зачастую, по иронии судьбы, занимались этим фирмы из Германии западной. На поддержание стены в порядке тратились астрономические суммы.

С западной стороны, разумеется, контроля как такового практически не было. Можно было подойти к самой границе без проблем. Там, где граница пролегала по реке, устраивались гребные туры вдоль. При этом с гдровской стороны по берегу рядом с каждой лодкой бежал вооруженный солдат с мегафоном, и если вы приближались к социалистической стороне, предупреждал и просил направить лодку к другому берегу.

Советский боевой вертолет МИ-24

Но вот стена рухнула. Германии объединились, снова став единым государством. Вот только совместный быт не принес всем той радости, которая ожидалась. Стихли восторги, радостные крики у Бранденбургских Ворот. Разрушена – и распродана на многочисленные сувениры – стена берлинская. Позади братание, радостный совместный порыв. Остались только проблемы – и множество недовольных. Порой приходится слышать, что стену-то неплохо и восстановить. Что не так уж плохо было за стеной – с обоих сторон. Западные немцы сетуют на то, что на восток, как в огромную дыру, текут и текут средства с минимальной отдачей. Восточные – ностальгируют по временам всеобщего братства, по бесплатным медицине и образованию, соцобеспечению и полной занятости. Далеко не все помнят, какой она была и что означала, эта Стена...

Наблюдательная вышка

Музей границы, расположенный неподалеку от Касселя, как раз для того и создан: чтобы помнить и чтобы напоминать. Чтобы не повторять ошибок и идти вперед.

Однако в нашем старом, скучном и не идеальном мире снова и снова строят стенки, стены, Стены....

А.Васильев, Д.Мухаметкулов,
3е апреля 2006го года.

В декабре прошлого года Крис, Ира и Боря из Воронежа путешествовали по Германии, чтобы посетить друзей в Берлине и Галле. Из ощущений и переживаний, которые они привезли с собой после их первой поездки, уже в феврале появилась эта статья…

Сегодня для миллионов россиян Германия - это благополучная страна с высоким уровнем жизни. Высокий уровень жизни означает для них обилие материальных благ. За этими-то материальными благами мои соотечественники и гонятся, приезжая в Германию. Это не так просто, как им хотелось бы. Коммунистический режим и все его прелести, среди которых и так называемый железный занавес, остались позади, но все же осталась масса препятствий для посещения моими соотечественниками западных стран, в том числе и Германии. Среди главных - бедственное положение широких масс населения. Подавляющее число русских с трудом обеспечивает существование себя и своих семей, и вопроса о заграничных поездках для них не стоит в принципе. В связи с этим на ум приходит рассказ Ричарда Бротигана «Отпуск в Германии», в котором он пишет, что его доходы так малы, что он не может позволить себе отдых такого рода, но зато однажды он видел двух немецких туристов в своей родной Америке, путешествующих на автобусе. Ситуация характерная, и в этом смысле очень многих россиян можно сравнить с известным американским писателем. Долгое время и автор этих строк находился в таком положении. Пока несколько лет назад не познакомился с несколькими немецкими ребятами, приезжавшими в Россию на учебу. Это знакомство, повлекшее за собой тесное общение, переросшее в дальнейшем в крепкую дружбу, и явилось причинойтого, что еще несколько россиян посетило Германию. А один из них даже набрался наглости написать об этом статью. Оговорюсь, что делаю это в ответ на предложение, отклонить которое я не решился по причине тех чувств, которые испытываю к человеку, от которого это предложение исходит. Не думаю, что мои личные симпатии составят интерес для читателей, а потому не буду больше об этом писать. Тот, к кому обращены эти строки и сам все поймет.

Еще один важный момент: политика самой Германии по отношению к гостям из России и других слаборазвитых в экономическом смысле стран. Чиновники немецкого государства совершенно справедливо опасаются моих соплеменников. Свалить на запад - заветная мечта очень многих россиян. Свидетельством тому служит тридцатитысячная диаспора русских в Берлине. И если бы не ограничения, накладываемые государством, можете не сомневаться, она была бы значительно многочисленнее.

Разумная по отношению к своим гражданам политика Германии оборачивается для русских почти непреодолимой изоляцией. Я знаю, я специально спрашивал у всех иностранцев, с которыми мне довелось общаться, все они посетили по нескольку стран и это в порядке вещей для них. Среди моих русских знакомых можно по пальцам пересчитать тех, кто побывал за границей. И в основном это непродолжительные поездки по туристическим путевкам, с проживанием в гостиницах и экскурсиями по достопримечательностям. Как можно понять страну, ее жизнь, глядя из окна автобуса?

Окно автобуса подобно экрану телевизора. Пейзаж за окном - лишь кадры телепередачи. К счастью, мы избежали этой участи. И поначалу труднее всего было поверить, что мы действительно приехали в Германию. И что она действительно существует. Когда ты всю жизнь безвыездно прожил в одной стране, то все остальные становятся для тебя лишь разноцветными пятнами на карте мира. А тут ты сам идешь по улицам неизвестной тебе новой страны, и каждая мелочь тебя ошеломляет и не оставляет сомнений по поводу своего существования. Все абсолютно реально. И от этого даже немного едет крыша. Начинаешь смеяться как идиот и кричать своим товарищам: Смотрите, немец едет на велосипеде! Удивительным кажется буквально все: и то, что немец, и то, что на велосипеде, и то, что памятник Эрнсту Тельману, и то, что светофор на перекрестке. А на светофоре смешной человечек с зонтиком. И ты по русской своей хамской привычке перебегаешь дорогу на красный цвет, а водитель машины не только не сигналит тебе, а останавливается и ждет, пока ты перейдешь. В следующий раз тебе уже становится стыдно, и ты переходишь только на зеленый, вышагиваешь навстречу смешному немецкому человечку.

Через какое-то совсем непродолжительное время от впечатлений приходит состояние, именуемое культурным шоком. Во избежание перегорания чувства притупляются, но удивляться не перестаешь.

В первый же день был нанесен сильный удар по представлению о том, что Германия - страна суперкомфортабельная. Поразила система отопления в старых домах. Мы представить себе не могли, что в центре Берлина будем топить печку-буржуйку досками от ящиков и углем. Спускаться в подвал и тащить оттуда тяжеленную пачку угольных брикетов. Напяливать свитер, едва вылезая из теплой постели.

После этого мы бывали во многих немецких домах и убедились, что такой анахронизм не повсеместен. Много совершенно нормальных квартир с нормальным центральным отоплением, что лично меня огорчило. Топить печку углем - это очень романтично.

Случилось нам зайти в синагогу. Старая синагога в центре Берлина, вы, наверно, ее знаете, я не помню, как она называется. Теперь там музей. Много интересного, в очередной раз пожалел, что не знаю немецкого. Но упоминаю я эту синагогу вот почему: у меня и у моего друга там отобрали ножи. В кармане джинсов у нас с ним лежало по швейцарскому ножу Victorinox. И у нас их при входе отобрали. Охранник, здоровый малый в цивильном костюме, ухмыльнулся и, взвесив в ладони мой нож (он побольше), сказал что-то непонятное немецкое своему напарнику. После этого положил наши ножи в полиэтиленовые пакетики и убрал на полочку. Зачем? Он что думал, что мы пришли кого-нибудь зарезать? Или хотели испортить какой-нибудь музейный экспонат? Когда мы уходили, ножи нам вернули.

Через несколько дней я навещал одного русского в больнице города Халле. Делал это с большим любопытством, потому что, откроюсь вам, по специальности я врач. В русскую больницу попасть не так просто. На входе обычно стоит охранник. Иногда требуют пропуска. И непременно требуют снимать верхнюю одежду и переобуваться. Предприимчивые гардеробщицы делают на этом свой маленький бизнес и продают посетителям бахилы. Мне было интересно, какую форму примет это в немецких больницах. Оказалось, что никакую. Охранника не было, гардероба тоже не было, или я его не заметил, что в принципе одно и тоже, и мы прошли с улицы в отделение (и не какое-нибудь, а хирургическое!) прямо в чем были: в куртках и грязной обуви. Пока мы поднимались по лестнице, шли по коридору, нам попались несколько человек в белых халатах, но ни у кого из них не возникло желание узнать, куда и зачем мы идем, да еще в таком виде. И вот мы входим в палату. В палате лежит четыре человека. Один из них - муж нашей новой знакомой. Она - немка. Она ужасается: четыре человека! Как это возможно: лежать в одной палате еще с тремя больными?! Мне это непонятно. В российских больницах палаты забиты, в каждой палате лежит иногда по десять-пятнадцать человек. Более того, часто места в палатах не хватает и тогда больных кладут в коридоре. И иногда вместо кроватей приходится использовать сдвинутые кресла.

Мы выходим из палаты и идем в комнату отдыха, но места там заняты. Не беда, можно пообщаться и в коридоре. Мы садимся, кто на стулья, а кто на пол. И непринужденно общаемся. Мимо нас проходят врачи и медсестры, но никто не просит нас встать. Наконец, одна медсестра сказала что-то с улыбкой в сторону сидящих на полу. Оказывается, она всего лишь предупредила, что на полу холодно и можно простудиться.

Не так давно я сам сел на пол в коридоре в больнице у себя на Родине. Конечно, не в той, где я работаю, это же ужасно неприлично! К тому же пол грязный, на него плюют, бросают мусор, а я в белом халате. Я сел на пол в другой больнице, куда я привел мою маму. Пока ее осматривал врач, я ждал в коридоре и слушал плейер. Хотелось посидеть, но стульев не было и я бросил на пол свой рюкзак и сел на него. То есть даже не очень-то и на пол. Мимо проходил мой знакомый врач, увидел меня сидящим на рюкзаке и зашептал возмущенно мне: немедленно встань, не позорь меня!!!

Две последних ситуации иллюстрируют как нравы общества, так и его порядки. Русские запуганы чеченскими террористами и пытаются принимать меры безопасности против них: нанимают охранников и призывают к бдительности. В Германии не захватывают больницы и школы, не взрывают дома, и, как следствие, нет таких строгостей.

Хотя тем более непонятно: зачем охранники в музее, зачем отбирать ножи?

Еще мне рассказывали, что в Германии на концерты не пускают полицию. Дескать, это только провоцирует молодежь на агрессивные поступки. На концертах в России милиция присутствует всегда, а если играет Гражданская Оборона, например, то вызывают отряды ОМОНа в касках, с дубинками и щитами. И надо сказать, что милиционеры не церемонятся, если кому-нибудь из них не понравится твое поведение, в лучшем случае тебя оттаскают за твои длинные волосы и, заломив руки, выведут из зала.

Когда я находился в помещении, то незаметно для себя много времени проводил, глядя в окна. Задумчиво рассматривал пейзаж, а потом романтично поднимал очи вверх и вглядываясь в серые облака (или небесную синь, смотря какая погода была), произносил про себя: Небо над Берлином. Конечно, если я в это время был в Берлине, довольно глупо было бы произносить это в Халле или Вернигероде. Именно эти слова я произносил неслучайно, есть такой хороший фильм Вима Вендерса. Этого Вима Вендерса, кстати, во время нашей поездки повстречал мой друг, с которым мы ездили в Германию. Он столкнулся с ним на какой-то выставке и присел рядом с ним на табурет, заказал себе выпивку. Сказал ему: Hallo. Теперь всем рассказывает, что пил с Вимом Вендерсом.

Помимо неба я видел в окнах еще кое-что интересное. Как-то утром, поеживаясь от холода в выстуженной за ночь квартире (печь еще не разгорелась), я подошел к окошку посмотреть на термометр. Температуру он почему-то всегда показывал одну и ту же - двенадцать градусов. Наверно, потому что кухня в принципе не прогревалась от печи, которая стояла в спальне. Утолив свою любознательность, я хотел было вернуться к заманчиво горячей кружке чая, как вдруг заметил нечто интересное. На балкон, выходящий во внутренний дворик дома, вышел молодой длинноволосый парень с трубкой. И стал курить. Но курить необычно, он глубоко затягивался и задерживал дыхание. Из чего я сделал вывод, что курит он не табак. Мы хотели сфотографировать его, но он нас заметил и поспешно ретировался. Неудобно получилось, не дали парню спокойно раскуриться.

Из проявлений асоциального поведения немцев еще запомнилась компания подвыпивших мужиков в трамвае, которые ехали без билета и громко разговаривали и хохотали. Они почему-то приняли одного из нас за контролера и при нашем приближении захохотали еще громче и, помахивая пустыми бумажниками и бутылками с пивом, сказали, что вот, мол, все наши документы. Отличные парни.

Не очень понятно, почему на улицах городов так много брошенных, разрушенных и непригодных для проживания домов. Почему не ремонтируют, почему не строят на их месте новые? Мы залезли в один из таких домов в Халле. Там все было загажено, на полу валялись битые бутылки и использованные шприцы, на стене нарисована анархия. Прямо как на Родине.

Справедливости ради надо отметить, что в остальном материальное благосостояние немцев полностью оправдало ожидание. Судя хотя бы потому, какие вещи немцы выкидывают на улицу. Лично мы набрели в Берлине на вполне приличный шкаф, стоящий на тротуаре, а несколькими днями позже в Халле - на не менее приличный мягкий уголок. В России такого бы не выкинули.

С любопытством отмечал что на улицах, хоть и несравненно меньше чем в России, но все же попадаются окурки и другой мусор. С другой стороны, поразило количество мусорных баков и особенно их специализация: разные мусорки для биологических отходов, для пластика, для стекла (отдельно для темного, светлого, зеленого).

Только не надо думать, что я все это пишу с целью очернить Германию. Окурки, мусорные баки и заброшенные дома - это лишь детали пейзажа, во всем остальном великолепного. Наши немецкие друзья подготовили для нас очень интересную культурную программу. За те тринадцать дней, что мы провели в Германии, мы побывали в пяти городах, съездили на Балтийское море, искупались в нем, поучаствовали в велосипедном туре. Глядели в щель Берлинской стены. Мы видели старинные замки и храмы, посмотрели дом, который спроектировал Hundertwasser, гуляли в парке дворца SANS SOUCI, посетили санаторий фашистского общества «Сила через радость». Мы кормили ондатр шоколадом из рук. Мы ходили на кладбище знаменитых людей города Халле и не пропустили ни одной детской площадки. Мы попробовали не меньше тысячи сортов немецкого пива и многие нам очень понравились (например JEVER). Мы поздно вечером пили вино в каком-то парке в Кройцберге и слушали звон колоколов в костеле. Мы даже ходили в русскую баню, а потом слушали доклад о поездке нашего друга в Перу. И еще много чего.

Если писать обо всем - получится целый роман. Так много всяких мелочей, про которые хочется рассказать.

Здесь в России многие спрашивали про всякие достопримечательности. Разумеется, и их мы тоже посещали. Но не это главное. Германия вся - одна большая достопримечательность. Чувство было такое, будто ты постоянно находишься в огромном музее, не покидаешь его. Не было необходимости ходить на выставки, произведения искусства постоянно окружают тебя. Это тоже одна из отличительных черт немцев - они с большой заботой относятся к маленьким вещам, среди которых они живут.

Существует такое большое заблуждение как национальные особенности. Каким привыкли представлять себе немца русские? Педантичный, пунктуальный, любит пиво и сосиски. Все это, разумеется, чушь. Многие немцы не любят пиво. Многие постоянно опаздывают. Кое у кого дома бардак не хуже моего. Избитая истина: каждый человек - индивидуальность. Но все-таки есть общее впечатление. Немцы гораздо более демократичны, чем русские. Они одеваются кому во что нравится. Они меньше пользуются косметикой. Они ездят на велосипедах. В общем, сложилось мнение, что немцы более свободны и живут без оглядки на общество. И в этом отношении русским есть чему поучится. И даже не только в этом. Русские любят порассуждать про свою загадочную русскую душу, свою щедрость и широкую натуру, есть даже такое устойчивое выражение: русское гостеприимство. Могу с уверенностью говорить, что немецкое гостеприимство ничуть не уступает русскому. Нас принимали повсюду прямо как королей, сами ложились на полу, а нас укладывали на свою постель. Каждый день мы были сыты, и не просто сыты, а объедались такими вкусностями, которых не едали на родине. Родители одной нашей подруги, у которых мы гостили три дня, сказали нам, что их дочь рассказывала, как хорошо мы ее принимали, и теперь они рады вернуть нам наше гостеприимство. Честно говоря, стало немного стыдно, потому что поведение лично мое не было безукоризненным. О чем она могла им рассказать? Как я ее колбасу из холодильника ел? В общем, мне преподали урок хороших манер.

Конечно, это не все. Есть еще очень много разных впечатлений и воспоминаний. И меня мучает чувство, что я не написал чего-то самого главного. Но как кто-то сказал, если ты хочешь, чтобы твой доклад был прочитан, напиши его на одной странице. Я написал на четырех. В заключение хочу поблагодарить всех людей, которые сделали эту поездку для нас такой прекрасной и выразить надежду, что мы еще встретимся. До свидания.

Крис, февраль 2006
опубликовано апрель 2006

1го апреля 2006

6го апреля 2006

апрель 2006

Передвижение на поезде – это, в принципе, всего лишь одна из возможностей добраться до определенного места. Но тот, кто когда-либо ездил на поезде в России, смотрит на вещи уже совсем по-другому, ведь передвижение на поезде носит здесь скорее приключенческий характер. В России различают между скоростными поездами, бизнес - довольно быстрые и комфортабельные, и пассажирскими поездами, которые останавливаются на каждой станции. План прибытия и отправления поездов составлен во всех железнодорожных вокзалах России по московскому времени. Билеты можно купить 4х классов: сидячее место в общем вагоне, плацкарт, четырех- и двухместное купе. Я ездила во всех вышеупомянутых классах кроме двухместного купе. Выбор класса того или иного пассажира зависит от многих факторов. Во-первых, конечно же, от финансового положения, ведь всем понятно, что место в общем вагоне намного дешевле места в двухместном купе. Поездка из Петербурга в Уфу обошлась мне в разное время в 70 евро за место в купе и в 30 евро за место в плацкартном вагоне. Другой фактор - это продолжительность и выбранное время поездки. Если, к примеру, пассажир будет находиться в пути всего полдня и в этот период времени не считает приоритетным поспать, то места в общем вагоне будет вполне достаточно. Определенную роль играет также возраст пассажира, так как в общем вагоне можно тщетно дожидаться ночной тишины, тогда как двух- или четырехместное купе можно на ночь закрыть, что, в свою очередь, гарантирует больше комфорта и спокойствия. Я уже много раз ездила поездом в России, набралась в этом плане достаточно опыта и, что касается безопасности, могу сказать, что я всегда чувствовала себя безопасно. Возможно, безопаснее, чем нужно: проводники не раз упрекали меня в том, что я, к примеру, не всегда ношу с собой свою сумочку, а оставляю ее на сиденье. Но ведь я уже спала в самом дешевом классе с рюкзаком у моих ног, и после этого не обнаруживала никакого отсутствия моих вещей! Я не хочу никого подталкивать на легкомыслие, но страх перед ворами в российских поездах не должен становиться помехой для железнодорожных путешествий, ведь, на мой взгляд, страхи такого рода являются беспричинными. Если купе можно закрыть на замок, в плацкартных и общих вагонах имеет место дружественный контроль пассажиров над общим имуществом, и через 50 км поездки все уже друг друга знают.

Если вагоны сравнимы с сауной или морозильником, очень тесны, на верхних полках невозможно сидеть и вечером без предупреждения или какой-либо логичной системы выключают свет, можно быть уверенным, что ты едешь именно в российском поезде.